Автор: 1danir

Есть такая книжка – «Наука быть живым» (Д.Бьюдженталь). Базовый курс  по гештальт-терапии Даниила Хломова и Елены Калитеевской озаглавлен «Искусство быть живым».

Что значит быть живым – трудно описать парой слов. Обычно «быть живым» заменяют словом «молодость».

Молод душой в 70 или состарился в 20. Говорится «молодость», подразумевается полнота и свежесть чувств, интерес к жизни, человечность (в том смысле, что ты похож на человека, а не на робота, функцию, комок предрассудков), здоровое безрассудство, открытость новому и т.д.

Мне хочется развести понятия «молодость» и «быть живым».

Потому что может возникнуть (и часто возникает) путаница. Например, человек в возрасте не чувствует себя в достаточной мере «живым» и пытается добрать «жизни» за счет внешних атрибутов молодости: романтические приключения, молодежная одежда, поведение и увлечения.

Сама по себе молодость и свойственные ей внешние признаки не дают ощущения «быть живым».

Это очевидно, если посмотреть на молодых людей в их массе, и еще более очевидно, если посмотреть на стареющих, но пытающих молодиться людей.

В старости сложнее «быть живым», за счет возникающих проблем со здоровьем, физическим состоянием и в связи с тем, что старому человеку сложнее вписываться в социальную жизнь – не берут на работу, а в клубах по интересам из-за сильной разницы в возрасте бывает некомфортно.

Сложнее, но не невозможно.

Да, молодость уходит, в том смысле, что изнашивается тело, заканчиваются многие проекты и отношения, которые были важны, закрывается часть возможностей. Но «жизнь», как возможность испытывать сильные чувства, интерес, быть спонтанным и открытым, искренним, настоящим, играть, дружить, любить – остается до самого конца.

 

«Позитивное мышление» сегодня звучит уже как ругательство. Упрощенная, вульгарная трактовка идеи позитивного мышления такова: не надо думать «негативные» мысли, надо думать «позитивные» мысли. Если удастся – то наступит счастье или, по крайней мере, хорошая жизнь.

В этой трактовке не очень ясно, что понимается под «негативом» и «позитивом» с одной стороны, и что понимается под «думать» и «не думать» – с другой.

Например, злость, беспокойство, страх и печаль можно записать в «негатив». А правило «не думать» такой «негатив» можно понять, как отрицание этих переживаний у себя, их запрещение и сдерживание.

Многие (включая некоторых авторов книг, статей и тренингов) именно так и понимают позитивное мышление. За что и были справедливо раскритикованы, если не сказать разнесены в пух и прах.

Но, все-таки, можно практику позитивного мышления понимать и по-другому.

В любой ситуации есть плюсы и минусы, приятное и неприятное, пугающее и успокаивающее и т.д.

Если я замечаю больше «минусов», чем «плюсов» (или наоборот), то у меня есть перекос в восприятии.

Небольшой перекос – это ничего страшного. Но сильный дисбаланс может сделать меня неадекватным.

Если я вижу одни плюсы, то могу допустить в свою жизнь что-то сильно опасное или сильно неприятное и не заметить этого.

Если вижу одни минусы – то моя жизнь превратится в сплошной стресс.

Соответственно, людям, переживающим стресс, затянувшуюся печаль, апатию и т.д. имеет смысл обратить внимание, нет ли у них перекоса в восприятии в сторону минусов. И попробовать больше обращать внимание на положительный полюс, исследовать, что им мешает это делать и разбираться с этими помехами.

Это можно назвать практикой позитивного мышления.

Честность в отношениях — очень хорошая штука. Близость, доверие, глубокое взаимопонимание вряд ли возможны без честности. Под честностью я имею ввиду говорение правды и противопоставляю ее говорению неправды, обману.

Итак, честность — хорошая штука. Но если орудовать ей бестолково, то можно наломать дров.

— Я толстая?

— Да, ты стала толще в 2 раза.

Зачем он это ей сказал? Чего хотел? Стали ли они ближе после этих слов?

Или, например, человек потерял сумку с документами и всеми семейными деньгами. Пришел домой и с порога сказал об этом жене, которая и без того находилась в состоянии сильного раздражения потому что поскандалила с кем-то на работе.

Вопрос: чем он руководствовался, выбрав время для сообщения этой новости?

Таких ситуаций можно найти много.

Хорошо бы, говоря правду, думать о смысле своего сообщения, форме, своевременности и т. д. Что-то стоит сказать в другой форме, что-то в другое время, а что-то вообще не стоит говорить.

В общем, правило «говорить правду», стоит дополнить напоминанием: «не забывать перед этим подумать».

У человека какая-та проблема в жизни. Например, денег не хватает. Если ему сказать «ты несешь за это ответственность», то он может обидеться, потому что воспримет это как обвинение: ты сам виноват в том, что ты бедный.

Но вина и ответственность — разные вещи.

Вина предполагает наказание или извинение или какую-то компенсацию. Восстановление равновесия, которое нарушил виновный, совершив «плохой» поступок.

А ответственность не предполагает. Ответственность — это просто указание на то, кто автор (соавтор), кто у руля, у кого власть.

Человек ответственен за свою бедность в том смысле, что он соавтор этой ситуации. Он каким-то образом организует свою жизнь, как-то ею управляет. И его способ управлять своей жизнью приводит к бедности. Конечно, есть и другие соавторы у его бедности — окружающие люди, случайные события и т. д. Но вклад самого человека — очень большой.

Взять ответственность, например, за свою бедность — это заметить, осознать, какой именно вклад (своими действиями или бездействием) вносит в ее создание и сохранение человек сам.

Если человек понимает ответственность не как авторство, а как вину, то он может начать себя ругать, винить, наказывать, извиняться. Но при этом, не осознавать, как он создает то, в чем «виноват».

В общении, особенно в интернет переписке, особенно в социальных сетях случаются конфликты, в которых литература может становиться важнее реальных отношений. Я имею ввиду следующее: мне сказали (написали) что-то неприятное и мне в голову приходит очень остроумный, едкий ответ, которым я могу «утереть нос» оппоненту. Вот тут и возникает конфликт литературы и отношений: что мне важнее, красиво написать или достичь взаимопонимания с человеком?

Сделать выбор в пользу отношений особенно сложно, когда мой оппонент уже кажется сделал выбор в пользу литературы.

Сложно, но возможно. Это потребует усилий, умения притормаживать свой аффект, осознавать свои чувства и желания и формулировать их цивилизованно. А так же (и, возможно, это главное), принятия идеи: либо отношения, либо литература. Т.е. либо я пытаюсь достичь взаимопонимания, либо красиво острю, сухо и хлестко (в стиле Хемингуэя) оскорбляю и т.д. Нельзя совместить. Жалко отказываться от красивых сравнений, доказывающих мою правоту и глупость оппонента, но если не откажусь – взаимопонимания не достичь.

Отвращение – очень полезное переживание, которое  мешает мне есть всякую дрянь (как в прямом, так и в психологическом смысле).

Это полезное, но неприятное переживание. От него хочется избавиться.

Но избавиться можно по-разному. Я могу выплюнуть, то, что мне не вкусно, а могу подавить отвращение, игнорировать ощущения, притупить свою чувствительность.

Часто второй способ кажется проще, но его побочные эффекты – печальны. Помимо того, что таки ешь дрянь, что уже не мало, теряешь чувствительность и перестаешь чувствовать вкус не только неприятного, но и приятного. Опять же, как в прямом смысле, так и в психологическом.

Человек, подавляющий отвращение, чаще всего переживает жизнь, как безвкусную, пресную, серую.

В освоении тайм-менеджмента, например, есть правило, что сначала вы ведете учет времени, т.е. фиксируете, сколько и на что реально тратите свое время, а только после этого переходите к планированию времени.

В гештальт-терапии есть парадоксальная теория изменений, согласно которой, следует не пытаться изменить что-то в себе и своем поведении, пока вы не осознали и не идентифицировались с тем, что хотите изменить.

Это кажется мне справедливым для любой работы над собой. Сначала разобраться в том, что есть, потом пытаться это изменить.

Но очень часто, людям это сложно. Они испытывают нетерпение. Им неприятно видеть в себе и своем поведении то, что им не нравится. Поэтому они не хотят на это смотреть, а хотят побыстрее изменить. Составляют план новой жизни «с понедельника» и пытаются по этому плану себя менять. Обычно не получается.

Даже чтобы телефон починить, нужно сначала посмотреть, что там сломано: разобрать его, внимательно осмотреть, проверить. И только поняв, что именно в этом механизме работает не так, можно подумать, как это исправить.

А человеческая жизнь – гораздо более сложная система, чем телефон.

Поэтому повторю это золотое правило: сначала разобраться в том, что есть, потом пытаться это изменить.

Счастье многими людьми воспринимается не как то, что с ними может случиться, а как то, что они должны сделать. Не могут, не хотят, а именно должны. Я должен прожить счастливую жизнь, а иначе я облажался. Счастье воспринимается как норма, как нулевая отметка.

Моя жизнь должна быть радостной, интересной, успешной, полной удовольствий. А если я всего этого не организовал себе, то мне стыдно.

Естественно хотеть удовольствий, радости и интересной жизни. Но хотеть — это одно, а чувствовать, что должен — это другое.

Необходимость быть счастливым может стать бременем, очень тяжелым грузом.

Устав от этого бремени человек может впасть в депрессию и испытать при этом большое облегчение: я больше не обязан быть счастливым.

Принуждение себя к счастью, скорее всего будет включать в себя такие механизмы, как интроекция, ретрофлексия и эготизм.

Человек может сбегать из неприятного настоящего в будущее, в мечты, фантазии, подменяя ими действия здесь и сейчас.

Но так же возможно и избегание будущего. Мысли о будущем могут быть неприятны и трудны для человека. Тогда он просто старается в будущее не смотреть.

Что неприятного и трудного может быть в мыслях о будущем?

Человека может пугать что-то конкретное, что надвигается и что не понятно как преодолеть. Например, стремительно кончаются деньги и непонятно, как через пару месяцев жить, где брать средства. Человек может просто стараться не думать об этом пока деньги еще есть.

Может пугать наоборот, неопределенность будущего — непонятно, куда направить свою жизнь, как организовать, какие цели ставить перед собой. Человек может бояться сделать неправильный выбор, что-то упустить, что-то сделать не так. Может хотеться не думать обо всем этом и жить интересами сегодняшнего дня.

Человек может не испытывать страха перед будущим, а просто не уметь распознавать свои интересы и желания. Тогда думать про будущее ему не страшно, но трудно. Он не знает чего хочет и его напрягает осознавать свои желания, формулировать и думать. Чтобы не напрягать себя, он про будущее не думает.

Главное в преодолении избегания (если почему-то хочется избегание преодолеть) — замечать его. Замечать когда, как и чего именно я избегаю. Осознавание своих избеганий может дать достаточно информации о том, на что опереться в преодолении избеганий.

Кому интересна тема работы с будущим (отношения, обхождение с будущим) — про это пишет и работает Нифонт Долгополов, основатель Московского Института Гештальта и Психодрамы (МИГИП) и автор Футуропрактики.

Всем знакомы выражения «низкая самооценка», «высокая самооценка», есть еще выражение «неустойчивая самооценка» — когда человек колеблется в оценке себя, чаще всего между крайностями.

Есть мнение, что хорошо, когда самооценка не завышена и не занижена, когда она адекватна и устойчива.

И, соответственно, есть методы работы с самооценкой, как сделать ее более адекватной.

Но вот какая штука. Сказать человеку, что он дурак – это оценка? Да. Но это в большей степени выражение злости, чем реальная попытка оценить уровень интеллекта человека.

Точно так же, если человек говорит «дурак» самому себе. Это проявление злости. И в этом случае, вряд ли уместно сосредотачивать внимание на том, заниженная это оценка его ума, завышенная или адекватная.

Если человек испытывает злость (или любое другое чувство) в свой адрес, значит он, как будто разделился на две части. И одна часть что-то чувствует ко второй.

Проблемы с самооценкой, это очень часто проблемы именно такого разделения, расщепления личности. В терминах гештальт-терапии, здесь будет задействован в первую очередь механизм ретрофлексии: я сдерживаю какое-то чувство, например, презрение, и обращаю его на себя. Вот и низкая самооценка.

Тогда задача не в том, чтобы исправить неадекватную оценку на адекватную (это вряд ли устранит расщепление), а в том, чтобы восстановить целостность – чтобы человек мог идентифицироваться с обеими частями, на которые расщепился, одновременно. И не обращать какие-то чувства и действия на себя, а направлять их по адресу.