Быть настоящим vs Быть фальшивым

1). Защитная фальшь

Говоришь/делаешь не то, что чувствуешь, потому что так безопасно, а не так – опасно.

2). Инструментальная фальшь

Говоришь/делаешь не то, что чувствуешь, чтобы получить что-то хорошее с помощью этой неправды.

3). Фальшь-автопилот

Говоришь/делаешь не то, что чувствуешь, потому что действуешь автоматически, на автопилоте, по привычке, не замечая, что ты там чувствуешь.

Соответственно, быть настоящим:

1 – опасно

2 – невыгодно

3 – трудоемко

Таки ради чего? Чтобы чувствовать себя живым. Некоторым это нравится.

Почему ваш терапевт молчит

Вы рассказали своему терапевту то, что хотели рассказать и ждете от него какой-то реакции.

А он молчит и реакции не дает. Пауза затягивается. И продолжает затягиваться. Что это значит? И что вам делать?

Возможны разные варианты:

1. Ваш терапевт умер, пока слушал вас.

Возможно он молчит именно поэтому. Такое (смерть на сессии) случается редко. Я про такие случаи не слышал. Но теоретически это возможно. Тем более, если терапевт старый и больной.

Что делать:

Убедитесь, что он действительно умер. Но не сами, а с помощью специалистов — вызовите скорую. Если скорая обнаружит, что терапевт спал — не смущайтесь, пусть терапевт смущается.

Если все-таки выяснится, что он мертв, помните — это не ваша вина. Вы ничего такого не сказали. Нет таких запросов, от которых терапевты умирают. Терапевт умер потому, что все терапевты рано или поздно умирают. А вам просто не повезло при этом присутствовать.

2. Ваш терапевт спит.

Такое бывает уже почаще. Может быть, он устал. Может быть, это его терапевтический стиль. Может быть, что-то еще.

Что делать:

Разбудите его. Если он спит так сладко, что вам жалко его будить, значит вы слишком мало платите за терапию. Поэтому вставайте и уходите к терапевту подороже, которого вам будет не жалко будить и которого вам вообще будет не жалко.

3. Ваш терапевт — медленный.

Вы быстрый, а терапевт медленный. Вы уже все рассказали, а он еще слушает. Нервные импульсы от его слуховых рецепторов все еще бегут (ползут) к мозгу. Он еще не получил информацию. Или он уже получил информацию, но нервные импульсы от мозга еще не успели добежать до мышц языка.

Что делать:

Поторопите терапевта. Скажите ему, что вам надо побыстрее. Он либо перестроится, либо объяснит вам, почему надо продолжить медленно. В любом случае вам должно стать легче.

4. Терапевт думает, осознаёт.

Время от времени терапевт пытается что-то осознать. Иногда он думает. Если после ваших слов он занялся чем-то подобным — это даже хорошо. Молчит, думает, осознает — может что-то из этого и выйдет.

Что делать:

Убедитесь, что он действительно думает и осознает (может быть, он просто умер или уснул). Спросите: что ты молчишь? Если он ответит: «думаю и осознаю» — ок, дайте ему немного времени. Если он думает очень часто и подолгу, а вам это не нравится — скажите ему об этом. Дальше — по ситуации.

Это все, конечно, шутка. Но если ваш терапевт молчит, а вам это сейчас не нравится, то это правда можно (и нужно) с ним обсудить.

Шеринг

Шеринг — это по-английски. Share – делиться, sharing – делёжка. В начале любой психотерапевтической, психологической, тренинговой группы происходит «делёжка» — люди делятся своими переживаниями, ожиданиями, намерениями, говорят что-то о себе, кто они, зачем пришли, с чем пришли и т. д.

У нас на гештальт-группах это называют шерингом. Где-то это называют «перекличка». Где-то никак не называют.

Мне слово шеринг не нравится. Хорошо бы внедрить что-то вместо него. Но пока — пусть.

Помимо шеринга в начале группы, есть еще завершающий шеринг. За время группы люди пережили какой-то опыт и имеют к нему какое-то отношение, какие-то переживания и мысли по его поводу. Ими на завершающем шеринге и делятся. В первую очередь, чтобы сформулировать это все для себя самих.

Это была краткая справка для тех, кто не знал, что такое шеринг, но очень хотел узнать.

«Выйти из зоны комфорта»

«Выйти из зоны комфорта» — популярная фразочка. Еще есть такая картинка: окружность с надписью «Зона комфорта», за пределами окружности точка, подписанная «место, где случаются чудеса». То есть, чтобы что-то чудесное случилось, нужно выйти из зоны комфорта, такой у картинки смысл.

По большому счету, идея этой фразочки в том, что «без труда, не выудишь и рыбку из пруда». Идея справедливая. Поэтому и зафиксированная народом в виде пословицы.

Но пословица яснее и точнее, чем фраза про зону комфорта. Потому что труд, не обязательно предполагает дискомфорт, а дискомфорт, в свою очередь, не обязательно предполагает труд.

Можно ведь выйти из зоны комфорта, но совершенно бестолковым образом. Можно выйти из зоны комфорта (соответственно, в область дискомфорта) и растратить в ней все свои ресурсы на то, чтобы просто в нее выйти и в ней побыть, но ничего полезного при этом не сделать.

И наоборот, можно сделать многое в тех сферах, на которые комфорт распространяется.

Кстати, не очень ясно, что же это такое — зона комфорта. Человек, который стыдит, винит и ненавидит себя за то, что не способен выйти из зоны комфорта — разве его состояние можно назвать комфортным? Нет. Для такого человека наоборот, сложно выполнимой задачей будет попадание в зону комфорта.

Вообще, если говорить о зонах, то мне больше нравится понятие «зона ближайшего развития» у Выготского. Действие находится в зоне ближайшего развития ребенка, если он еще не может выполнить его самостоятельно, но уже может выполнить при небольшой помощи взрослого.

Есть ли аналогичная зона у взрослого человека? Думаю, да. Это действия, которые он еще не может выполнить привычным способом, но уже может выполнить при мобилизации некоторых доступных ему ресурсов.

Чтобы мобилизовать доступные ресурсы, нужно потрудиться: сообразить, какие ресурсы доступны и как их мобилизовать. Это сложнее, чем просто «выйти из зоны комфорта», но и, одновременно, проще. Сложнее, потому что требует труда, вместо примитивного принуждения себя. А проще, потому что это не сопряжено с таким количеством отвращения, страха, перенапряжения и т.д.

«Пересмотренный гештальт» Г.Уилер (обзор книги)

Книжка 91 или 92 года, но у нас вышла только сейчас. Гордон Улиер — очень теоретически грамотный человек, взялся пересмотреть некоторые аспекты теории гештальт-терапии.

Начал с гештальт-психологии, Курта Левина и Курта Голдштейна. Что оттуда к нам пришло, что не пришло.

Затем перешел собственно гештальт-терапии. Тут он выделяет три теоретические модели: модель Перлза, модель Гудмена-Перлза и кливлендскую модель. Все модели безжалостно раскритиковал. Особенно Перлза.

Перлза Уилер вообще описывает как малограмотного дурачка. У меня это сначала вызвало небольшое раздражение, потом я подумал, что почти так же Перлз в свое время пересматривал модель Фрейда, с большим количеством ехидства и сарказма.

Чем Уилер недоволен в старых теоретических моделях? Много чем в деталях, а если по крупному, то тем, что в них недостаточно внимания уделяется фону (устойчивым структурам фона, тому как они определяют формирование фигур) и недостаточно внимания уделяется взаимозависимости, социальности, связанности людей.

Еще как-то он к этому приплетает (вернее, связывает с этим) теорию сопротивлений (прерываний). Основная идея Уилера по поводу сопротивлений в том, что каждое сопротивление (проекция, слияние, ретрофлексия, интроекция, дефлексия, эготизм) — это, во-первых,форма контакта, а во-вторых, имеет свою полярность. И хороший контакт возможен при гармоничном балансировании этих полярных способов контактирования. А если один из них преувеличен, то контакт будет уже менее гармоничен.

Про сопротивления он изложил очень подробно и доходчиво (для меня).

А вот очень важную идею про внимание к устойчивым структурам фона он изложил не очень ясно (для меня). Придется поднапрячься и перечитать соответствующие куски.

Хотя мне Уилер чем-то и не очень симпатичен, все-таки жаль, что у нас выходит мало книг на таком высоком теоретическом уровне.

Экзистенциальное одиночество

Можно почитать про экзистенциальное одиночество у И.Ялома. Он, правда, говорит «экзистенциальная изоляция». Что это такое? Для Ялома — это неизбежная данность существования человека. И описывается она очень поэтично – «пропасть между собой и другими, через которую нет мостов». Суть в том, что человек заперт внутри своего сознания, и никто не может с ним это сознание разделить. Наверное, в этом суть.

Ялом связывает экзистенциальную изоляцию со смертностью человека (не только с ней, но ее осознание обостряет переживание экзистенциального одиночества). Человек умирает один. Не в том смысле, что в момент смерти с ним рядом никого нет. А в том, что его индивидуальное сознание проходит через умирание и никто этот процесс не может с человеком разделить, так как не может оказаться внутри его сознания вместе с ним.

Свобода и ответственность за свою жизнь так же усиливают переживание ЭИ, потому что невозможно никому по-настоящему (без самообмана) передать ответственность за свою жизнь, ее несешь только ты один.

Ялом считает, что столкновение с ЭИ болезненно и люди от него бегут. И это бегство порождает много суррогатных форм, создающих другие психологические проблемы. Например, зависимость от другого, как способ избежать ЭИ.

А нужно, по мнению Ялома научиться справляться, выдерживать ЭИ. Грубо говоря, научиться терпеть ее.

Мне этот вывод кажется бесполезным (а так же ложным), потому что и картина, которую Ялом рисует, кажется мне неадекватной.

Человек переживает наличие, существование своего Я, когда занимает позицию субъекта (а не объекта). Когда человек позицию субъекта не занимает, то в психологическом смысле его нет. Он не существует. Это я выражаюсь резко, без оговорок и уточнений, хотя они, конечно есть.

Если человек адаптировался к обстоятельствам, не занимая позицию субъекта (это возможно), а затем обстоятельства изменились и вынуждают его таки занять позицию субъекта, и ему это сделать сложно, потому что нет соответствующих умений, опыта и т.д. то вот в такой ситуации – когда обстоятельства взывают к субъектности человека, а он на нее сейчас не способен – он и почувствует экзистенциальную изоляцию.

Соответственно, решение не в том, чтобы ее терпеть, а в том, чтобы научаться занимать позицию субъекта.

«Эволюция психотерапии» под ред. Д.Зейга (обзор книги)

Много лет назад была организована уникальная конференция (вернее, две уникальных конференции — в 1985 и в 1990гг), на которую собрались практически все живые на тот момент мэтры, гиганты и светила мировой психотерапии (конечно же, далеко не все, но все равно, потрясающая компания): Сальвадор Минухин, Мюррей Боуэн, Вирджиния Сатир, Карл Витакер, Пол Вацлавик, Бруно Беттельхейм, Альберт Эллис, Аарон Бек, Карл Роджерс, Рональд Лэйнг, Ролло Мэй, Ирвин и Мириам Польстер, Джеймс Бьюдженталь, Александр Лоуэн и многие другие.

Эта конференция напоминает мне проект С.Сталлоне, по сбору всех старых звезд боевиков в фильме «Неудержимые». Только, в отличие от звезд боевиков, психотерапевты — чем старше, тем круче.

Четырехтомник «Эволюция психотерапии» — это тексты с той конференции: выступления, дискуссии, комментарии. Например, текст выступления Ирвина Польстера, затем комментарий к нему Карла Роджерса и затем их беседа. Звучит как что-то невероятное: выступление Льва Толстого, комментарий к нему Федора Достоевского, затем их беседа. А модерирует беседу Чехов.

Есть там довольно забавные моменты, когда мэтры друг друга стебут и демонстрируют элегантный срач:

«Д.Мармор: Когда я пытаюсь понять, что происходит в уме доктора Вольпе, мне кажется, что его настолько травмировало противодействие, которое его работа вызвала в 50-е годы со стороны психоаналитического сообщества, что он до сих пор не может прийти в себя».

«Д.Вольпе: Я длагодарен доктору Мармору за любезно сделанные им комментарии, но, к сожалению, я со многим в них не согласен. Создается впечатление, что иногда он просто не слушал меня». И т. д.

Всё это очень интересно читать, особенно комментарии и дискуссии. Но это интересно, если вы в общих чертах представляете, кто все эти люди и о чем они говорят. Человеку, далекому от психотерапии это интересно не будет.

«Фрейд» П.Люкимсон (обзор книги)

Биография Фрейда, вышедшая в серии ЖЗЛ. Это не первая (и, наверняка, не последняя) его биография в этой серии. Я ее увидел, купил, а потом уже загуглил, кто такой автор.

Автор написал много книг: «Евреи и секс», «Еврейская диетология», «Еврейская поваренная книга», «Бизнес по-еврейски» (три книги), «Разведка по-еврейски», «Однажды в Израиле», а так же биографии Моисея, царя Давида, Ариэля Шарона и вот теперь Фрейда.

То есть, он специалист не в области истории психологии (и в частности, жизни Фрейда), а специалист по евреям.

Знал бы раньше, не купил бы. Так же, как не купил бы биографию Фрейда, написанную специалистом по сигарам, или специалистом, по седым людям, или специалистом по фамилиям, начинающимся на букву «Ф». Это не те специалисты, которые способны раскрыть интересное мне в биографии Фрейда.

П.Люкимсон то же не тот специалист. Его интересовало, знал или не знал Фрейд идиш (или иврит — постоянно путаю). Читал или не читал Тору. Как относился к Иудаизму и еврейской культуре в целом. Что в его характере является выражением его принадлежности к еврейской культуре. Был ли он «патриотом» этой культуры.

Мне интересна еврейская культура, как одна из величайших, но тут было не про культуру, а скорее про вопрос, интересный автору: Фрейд «наш» или не «наш»? Надо нам его любить или нет? Истинный он еврей или ложный? Мне это не интересно.

Вторая тема, интересная автору и не интересная мне — с кем спал Фрейд. Когда спал. С каким настроением, получил ли удовольствие, долго ли продержался. Что по этому поводу думала его жена. В общем, сплетни. Я люблю посплетничать, но, блин, личность Фрейда много богаче и интереснее сплетен.

Но нельзя сказать, что книга совсем уж плоха. Много интересных фактов о жизни Фрейда я из нее почерпнул. Многое в ней описано талантливо и ярко. Есть очень трогательные моменты.

Но в целом, я скорее, не рекомендую.

«Потерянный и возвращенный мир» А.Лурия (обзор книги)

Большая часть книги — отрывки из дневника парня, раненного на войне (пуля пробила череп и прошла через мозг) и проходившего нейропсихологическую реабилитацию у А.Лурии. Эти отрывки идут с комментариями и отступлениями самого Лурии.

Я не слишком сентиментальный человек, но пока читал, пару раз слезы не сдержал.

«К концу второго месяца ранения и я уже всегда помнил Ленина, солнце и месяц, тучу и дождь, свою фамилию, имя, отчество. Я даже иногда начинал припоминать то, что у меня есть где-то мать с двумя сестрами, что был и брат перед войной, который в начале войны пропал без вести».

Он пишет про свою жизнь до войны, про то, какие у него были планы. Теперь все эти планы невозможны.

Есть много фильмов про потерю памяти и в них она не выглядит, как что-то очень страшное. Ну подумаешь, не помнит человек какие-то обстоятельства и факты из своей жизни. Ну начал жизнь с чистого листа и все. Но память очень хитро вплетена во множество других функций.

Например, вы забыли все буквы и слова. Вы не можете читать, вы не можете говорить. Раз вы не владеете словами, то и думать вы толком не можете. Не можете удерживать мысль (вам ее нечем удержать). Вы видите предмет (молоток), но не понимаете, как им пользоваться, у вас не всплывают соответствующие образы, мышечная память не подает никаких сигналов.

Сейчас я перечислял это, как какие-то абстрактные вещи и читать про них просто. Но когда герой книги пишет, как он чувствует себя беспомощным, не понимая, как прибить гвоздь, чтобы починить дверь, а мать на него кричит, потому что ей надоело ждать, и она забирает у него молоток, чтобы самой все сделать — это уже читать не легко. Тем более по контрасту с его воспоминаниями про бодрую комсомольскую юность.

Его заново научили читать, писать, говорить, выполнять простейшие действия — есть, здороваться, одеваться и т. д. И он почти вернулся к нормальной жизни. Почти. Но если он читает чуть дольше, чем чуть-чуть — у него болит голова. Никакие сложные виды деятельности ему недоступны. Запомнить или вспомнить что-то — это для него работа, требующая большого напряжения. Все его мечты остались в прошлом, до войны. Он пишет, что тот человек, которым он был до — убит.

Он писал свой дневник 25 лет. Он надеялся, что это поможет в исследовании его недуга, поможет кому-нибудь в будущем. А ему ведение дневника помогало связывать в единое целое свою жизнь, свои воспоминания, свое сознание. Сам он свои дневники назвал «Я снова борюсь!».

Для меня это самая страшная книга о войне.

«Трансформация» Л.Рейнхарт (обзор книги)

Существовало в Америке (а может и сейчас существует) такое явление — ЭСТ (Эрхардовский Семинар-Тренинг). Как ясно из названия, автор семинара-тренинга — человек по фамилии Эрхард. А зовут его Вернер.

ЭСТ был дико популярен, его прошли сотни тысяч человек, а потом его то ли запретили, то ли Эрхард оказался в розыске — что-то там такое было.

«Трансформация» описывает один конкретный ЭСТ, практически стенографически. Как люди пришли в помещение, как они там толпятся, что делают в ожидании начала. Потом появляется ведущий — что он говорит, что ему отвечают и т. д.

Плюс к этому, какие-то комментарии и рассуждения автора — Л.Рейнхарта.

Стенограммы тренингов, терапевтических сессий и т. д. обычно не очень интересно читать. Но тут прям кино (или цирк). Первые слова ведущего, вошедшего в аудиторию к участникам тренинга (а их больше ста): «Вы все — жопы». Конечно, интересно, что же будет дальше.

А дальше выясняется, что единственное, что могут произвести жопы — это дерьмо. Интрига усиливается. Некоторые участники тренинга не согласны и завязывается дискуссия.

В дискуссии ведущий грубо (и очень смешно) стебет участников, доказывая им их жопность и одновременно указывая путь к просветлению. Это очень увлекательно.

Это правда очень увлекательно. Если диалоги придумал или доработал автор книги, то он очень талантливый писатель. И вообще, что касается книги — она прекрасна, ее однозначно надо читать. А вот про сам ЭСТ я много хорошего сказать не могу.

Может ли он быть полезен? Наверное, для кого-то в каком-то смысле может.

Может ли он быть вреден — однозначно. Ведущий стыдит, обвиняет, оскорбляет человека, перед огромной аудиторией, делает это умело и уже неважно, что он хочет внушить человеку какие-то полезные идеи про ответственность или про его привычные схемы поведения. То, что человек получает гарантировано, так это опыт интенсивного стыда, унижения, неспособности себя отстоять и защитить. А сможет ли он при этом как-то услышать те полезные идеи, оценить, насколько они полезны и подходят ему — большой вопрос.

Многим такие садо-мазо игры нравятся. Вообще, садо-мазо игры — это прекрасно, но не когда они выдаются за семинар-тренинг.

А книга прекрасна, ее стоит прочесть.